Четверг, 10 Март 2016 13:14

Творить гениальное, минуя традиции

Оцените материал
(0 голосов)
Концертом пианиста Андрея Гугнина открылся XIII российский фестиваль имени Г.Г. Нейгауза.

9 марта в саратовской филармонии стартовал XIII российский фестиваль имени Генриха Густавовича Нейгауза. Честь открытия музыкального праздника была предоставлена талантливому молодому пианисту Андрею Гугнину. Его можно назвать уже «педагогическим внуком» великого маэстро, имя которого носит фестиваль. Несмотря на молодость, пианист известен и в России, и за ее пределами.

Саратов Андрей посетил во второй раз – в 2000 году пианист взял губернаторскую премию на проходившем здесь фортепианном конкурсе. Увидеть город толком не успел – прилетел утром в день концерта и практически сразу приступил к репетиции. Похвалил филармонический Steinway (рояль), добавив, что хорошие рояли в провинции – большая редкость.

«Андрей Гугнин из тех музыкантов, выступления которых запоминаются, – писали в 2014 году в журнале «Музыкальная жизнь». – Его исполнение вызывает споры и размышление, а еще – неподдельную радость и благодарность публики».

С этими словами сложно не согласиться. На саратовской сцене пианист исполнил труднейшие произведения – «Исламей» Милия Балакирева и сонату «Романтика» Николая Метнера. Последнего Андрей «открыл для себя» недавно, осуществив тем самым мечту сыграть что-то из его наследия. Звук Гугнина мягкий, чувственный, аристократичный во всем. Его музыкальную палитру отличают богатые краски – здесь и драматическая глубина, и страсть, и нежность, и тончайшее пианиссимо. Исполнение отличается точно выверенной динамикой, длинными свободными фразами, в которых очень много «воздуха». Благородство звука в его игре есть даже в тех фразах, в которых многие другие по традиции «заколачивают сваи».

Так, «Исламей» в его интерпретации предстал совершенно новым. В приватной беседе Андрей признался, что главным для него была не демонстрация своей виртуозности, а красота музыки. При этом потерялась острота, которую мы привыкли слышать у других исполнителей, но Гугнин сыграл настолько легко и убедительно, что спорить с его взглядом трудно. С ним можно соглашаться или нет, но нельзя не признать того, что такая интерпретация имеет право на жизнь. И это право ему дает безупречно высокий уровень исполнительского мастерства.

Во втором отделении прозвучали произведения Яна Сибелиуса и 25-й опус этюдов Фредерика Шопена. Нельзя не отметить стройность композиции концерта, продуманной так, чтобы каждое последующее произведение словно вытекало бы из предыдущего. Так, финал «Романтики» Метнера и начало «Исламея» не только чуть похожи интонационно, но даже написаны в одной тональности. К слову, исполнение «Романтики» настолько захватило слушателей, что после последнего аккорда в зале повисла полная тишина – публика ждала продолжения. И только увидев, что пианист уже «перестраивается» на исполнение следующего произведения, зал взорвался аплодисментами. Такую же завершенную форму образовал синтез пьес из двух опусов Яна Сибелиуса с шопеновскими этюдами.

Думается, этого молодого исполнителя ждет по-настоящему большое будущее. Не зря многие из присутствовавших в зале спустя 16 лет вспоминали выступление Андрея Гугнина на саратовском конкурсе 2000 года, где он в 13 лет играл вторую балладу Шопена. И при этом признавались, что «знали, на кого шли». 

Наталья Григорьева



Прочитано 1548 раз
Nalog 2024 03
Скопировать